Редактирование галактики

Люк Скайуокер

Шелли Шапиро, редактор-консультант Del Rey Books, рассказывает о легендах «Звёздных войн», о преимуществах того, когда разные истории являются частью одного целого, и о книге Кевина Хирна «Heir to the Jedi». Интервью для мртовскго номера журнала «Star Wars Insider» взяла Эми Рэтклифф. Иллюстрация — Ларри Ростан.

(Для начала хочу кое-что пояснить. Роман «Heir to the Jedi» должен был стать заключительной книгой в трилогии «Empire and Rebellion». Две предшествующие ему книги, «Razor's Edge» и «Honor among Thieves», были выпущены в марте 2014 года. А в апреле «Lucasfilm» объявил, что вся прежняя Расширенная Вселенная отныне является неканоничной. После этого решено было выделить «Heir to the Jedi» в самостоятельную книгу — первый роман нового канона.— Прим. Nexu)

Star Wars Insider: Пережде чем мы приступим к обсуждению книги, мне любопытно узнать: видели ли Вы тизер «Пробуждения Силы» и что вы о нём думаете.

Шелли Шапиро: Да, я его видела. Мне он показался довольно захватывающим. Он короткий. Он очаровательный. Он до сих пор не выходит у меня из головы. Мне нравится то, насколько он похож на «Звёздные войны». Он вызывает ассоциации с классическими фильмами (имеются в виду фильмы классической трилогии «Звёздных войн» — прим. Nexu) — думаю, это как раз то, о чём все мы мечтали.

SWI: Раз уж мы заговорили о классике, то давайте обратимся к одному из главных героев классической трилогии, который сейчас находится на пороге новой эры для литературной вселенной «Звёздных войн» — начинающейся с романа «Heir to the Jedi». Было ли это намеренным решением — включить Люка, Лейю или Хана в первый раунд релизов?

Ш.Ш.: Мы начинаем работать над сюжетами заранее, примерно за год — ну или пытаемся, по крайней мере. Всё случилось где-то посередине планирования (Шапиро, очевидно, имеет в виду изменения в политике канона.— Прим. Nexu). Мы должны были постараться, чтобы использовать уникальную возможность начать с чистого листа — и сделать это интересным. В действительности, это неправильное выражение — «с чистого листа»; мы остаёмся привержены классике. Но мы действительно первыми получили шанс войти в новый канон.

Мы так или иначе намеревались выпустить книгу про Люка, потому что уже вышли книги про Лейю и Хана. Но внезапно получили возможность сделать то, что и хотели — но по-новому.

SWI: «Heir to the Jedi» имеет множество отсылок к «Новой надежде». Я полагаю, это довольно сложно — включить [в книгу] столько знакомых элементов и при этом не переборщить. Как вам удаётся выдержать баланс?

Ш.Ш.: Я не смогу вам сказать, как нам это удаётся, потому что это — одна из тех интуитивных вещей, которые делаешь, не задумываясь об этом. Мы указываем ссылки. Мы стараемся давать подсказки тем людям, которые видели фильмы, но не читали книг и, вероятно, плохо осведомлены о сути происходящего. Мы хотим сделать всё от нас зависящее, чтобы сделать [книгу] органичной частью того мира, который для читателей является знакомым и узнаваемым. Нельзя допустить, чтобы читатели чувствовали себя сторонними наблюдателями. Они должны ощущать себя полноправной частью вселенной «Звёздных войн».

Поэтому все эти пометки и сноски столь важны. Но, если их будет слишком много, то получится сухой справочник с избыточной массой внутренних ссылок, а читатель почувствует себя обманутым. Так что во всём нужна мера. Это похоже на ходьбу по канату.

Однако о связях нужно всегда помнить. Порой в голове вдруг возникает мысль: «Нужно убрать это отсюда. Слишком очевидно. Люди будут чувствовать, что ими манипулируют». А в другой раз подумается: «Ага, а вот сейчас самое время дать ссылку, она вписалась бы отлично».

Люк СкайуокерSWI: Интересная особенность романа «Heir to the Jedi» состоит также в том, что он написан от первого лица.

Ш. Ш. Да, это второй в своём роде взрослый роман по «Звёздным войнам» от первого лица — и первый роман такого рода о Люке.

SWI: Это решение принадлежало вам или Кевину?"

Ш.Ш.: Обоим, в какой-то мере. Я предложила ему написать небольшой отрывок от первого лица, потому что являюсь большой поклонницей его книг о «Железном Друиде». Этот стиль повествования от первого лица, в котором он расказывает про своего Железного Друида, Аттикуса — он очень образный. Он просто великолепен — такой живой, заставляющий сопереживать. Поэтому я предложила [Кевину] написать пробу пера в этом стиле — мне подумалось, что это поможет ему глубже проникнуть в характер героя. К тому же, такой стиль привычен для Кевина.

Нам так понравился результат, что мы даже подумали: «Почему мы не пишем все книги таким способом?» Что касается Кевина, то я полагаю, что для него это был действительно грандиозный опыт. Именно тогда мы попросили его написать от первого лица всю книгу, а не только это литературное упражнение, и он дал согласие. Стиль от первого лица был определённо именно тем, что нам было нужно.

Для многих из нас Люк являлся тем персонажем, которым нам хотелось бы быть — потому что он умел делать магические вещи. Будучи детьми, мы воспринимали это как: «Вау, круто! Сила — это магия». Вам хотелось быть Гарри Поттером, хотелось научиться пользоваться всеми этими волшебными штуками; вам хотелось быть рыцарем джедаем. Поэтому возможность проникнуть в голову Люка — это отличный способ сделать мечту явью.

SWI: Как происходит процесс отбора авторов в случае с Кевином и другими писателями, работающими над произведениями по «Звёздным войнам»? Вы смотрите предыдущие их книги и потом связываетесь с ними, или они сами выходят на вас?

Ш. Ш. По правде сказать, этот процесс — двусторонний. В случае с Кевином я сама вышла на него; и не только потому, что мне нравятся его книги, но ещё и потому, что он в своих книгах часто использует все эти отсылки к «Звёздным войнам». Я подумала: «О, я обожаю этого писателя. Обожаю его книги и заключённую в них энергетику. И он, без сомнения, фанат „Звёздных войн“. Так почему бы не узнать у него, не хочет ли он написать книгу по „Звёздным войнам“?»

Часто мы можем присмотреться к какому-то автору, читая его книги; иногда писателя предлагает агент или кто-то из редакторов. Во всех этих случаях я оцениваю предложенный материал — кстати, этот процесс не менялся за все те годы, что я работаю для «Звёздных войн»,— и если после прочтения данного отрывка мне кажется, что этот человек может что-то предложить «Звёздным войнам», то я отправляю его к Джен Хеддл, старшему редактору Lucasfilm. Если она не очень хорошо знакома с этим писателем, то она также читает предложенный текст, а потом решает — принять или нет данную кандидатуру. Когда автор утверждён, мы связываемся с ним и спрашиваем: «Вы заинтересованы?» И, кстати, очень часто бывает так, что автор отвечает: «Извините, но я предпочёл бы писать по собственному выбору»,— или: «Я бы не прочь, но у меня много обязательств перед другими издателями, и я просто не могу выкроить на это время». Иногда отвечают: «С радостью возьмусь за это. Скажите, когда приступать».

Работа в чужой песочнице действительно очень отличается от создания своего собственного мира. Однако некоторым писателям хотелось бы этим заниматься — возможно, по той причине, что им нравится тема, вселенная и герои. Но, когда они осознают, что сочиняют историю, которая не может им принадлежать, то они уже не хотят или не могут ею заниматься. Они просто не привыкли к такому. Ну что ж — они возвращаются к творению собственных историй.

Чем больше писатели любят «Звёздные войны», тем лучше у них получаются книги. Это справедливо для любого творчества. Иногда чувствуется, что книга не очень близка и не очень дорога сердцу автора. Нам нужна страсть. Мы хотим больше страсти. Мы должны показать эту страсть фанатам в ответ на их любовь к «Звёздным войнам».

SWI: Раз уж вы упомянули о поклонниках: была ли обратная реакция от некоторых из них, когда анонсировали «Легенды»? Что вы могли бы сказать фанатам, которые чуствуют себя уязвлёнными?

(Когда прежний канон Расширенной Вселенной был отменён в 2014 году, все ранее выходившие по «Звёздным войнам» книги получили титул «Легенд».— Прим. Nexu)

Ш.Ш. Я сказала бы: «Мне очень жаль, мы так же любим „Легенды“, как и все остальные». Но я воспринимаю это как потрясающую возможность для бренда сделать шаг в новом направлении. Когда я говорю о новом, то имею в виду — новом для читателей, новом в смысле впечатлений. Иными словами — когда ещё нам предоставлялась возможность полностью переписать историю? Это же интересно.

Историки в реальной жизни тоже иногда переживают подобное разочарование, потому что они придерживаются определённого взгляда на вещи, каких-то устоявшихся теорий, и вдруг раз — и найдено новое захоронение, или какие-то древние письмена, и вся история претерпевает изменение, потому что обнаружилась новая информация. Такое действительно иногда случается. И я рассматриваю всё происходящее [с каноном] именно с такой точки зрения.

Раньше мы знали, что все эти истории рассказывали люди в далёкой-далёкой галактике, давным-давно, верно? И вот теперь мы узнаём, что рассказчики изрядно приукрасили, а нам стало намного лучше известно то, что происходило в действительности. Таким образом, мы можем рассказать об этих событиях с большей точностью.

SWI: Эти новые истории представляют собой большое разнообразие персонажей и эпох. Установлены ли какие-то различия между типами данных историй, которые будут выходить в рамках генерального плана?

Ш.Ш.: Нет, процесс идёт естественным путём. Я должна признаться, что в данный момент не существует никакого иного генерального плана, кроме выпуска наилучших из возможного книг. По мере развития событий, возможно, появится и генеральный план, но пока я не могу загадывать, что будет — по крайней мере, пока не выйдет Эпизод VII. Мне нравится это естественное развитие и открытость навстречу любым идеям. И опять-таки, это позволяет поддерживать должный уровень энтузиазма, способствует проявлению творческого потенциала. Возможно, это мой субъективный взгляд, но я предпочитаю работать именно так.

Вне зависимости от сюжета книги или от того, где и когда в ней происходит действие, мы прилагаем все усилия к тому, чтобы каждая из них была захватывающей, интересной и полностью удовлетворяющей вкусам читателей. К созданию любой нашей книги мы подходим с одинаковым вниманием и одинаковым творческим пылом.

SWI: Над чем вы работаете в настоящий момент?

Ш.Ш.: Над романом «Lords of the Sith» Пола Кемпа, над книгой Кристи Голден «Dark Disciple» и над несколькими другими проектами, о которых я пока не могу рассказать.

Поделиться ссылкой на статью:

Centax

Centax в соцсетях